ПРИМЕР ИСПОЛЬЗОВАНИЯ: СИЛА СВЕТА

ПРИМЕР ИСПОЛЬЗОВАНИЯ: СИЛА СВЕТА

2017/03/07 Posted by Cerebro, User Case 0 thoughts on “ПРИМЕР ИСПОЛЬЗОВАНИЯ: СИЛА СВЕТА”

Cerebro возобновляет публикацию интервью с представителями компаний клиентов.
Мы будем говорить с продюсерами, менеджерами проектов и другими профессионалами индустрии. Очередное интервью из серии – разговор с Вадимом Виногоровым из студии интерактивных медиа «Sila Sveta».

– Вадим, расскажите, как вы попали в индустрию, где учились и чем сейчас занимаетесь в компании?

Vadim Vinogorov_E2

– Учился я по технической специальности в Питере в институте Бонч-Бруевича, но не закончил, поскольку начал собственный бизнес. Открыл небольшое рекламное агентство, которое занималось брендинговыми разработками сайтов. Через три-четыре года я понял, что деятельность достаточно однообразная. Поэтому я пошел в большой системный интегратор «ASCREEN», где мы занимались разработкой различных интерактивных инсталляций и мэппингом в том числе. В основном, это было оснащение музеев. Инсталляции совершенно разной величины: от приложений для интерактивных столов до больших мэппинговых проектов. Поработав в роли продюсера, через три-четыре месяца я стал продакшн-директором и занимался уже ключевыми проектами, распределяя задачи по остальным продюсерам. Спустя 4 года получил предложение о схожей позиции в «Силе света», куда меня позвал генеральный директор Денис Астахов. Это было интересное предложение – на тот момент «Сила света» была уже достаточно известной. Так я переехал и теперь работаю здесь.

– А как была создана «Сила Света»?

– Алексей Розов и Александр Ус основали компанию в 2008. Ребята занимались слайдовыми проектами, делали мэппинг на Биржу, на Останкинскую башню. На тот момент все собиралось фактически «на коленке», они были первыми на рынке. Постепенно стали стекаться коммерческие заказы. Это позволило ребятам оторваться от «гаражного» продакшна и нанимать людей для создания все более сложных картинок и образов. Компания разрослась и сейчас насчитывает более 50 человек. Подавляющая часть — это дизайнеры, создающие весь наш контент. У нас два офиса: один – в Москве на Красном Октябре, второй — в Лос-Анджелесе. Сейчас мы активно занимаемся продвижением именно американского офиса, так как количество международных проектов растет с каждым годом.

– Насколько большой штат сейчас в американском офисе?

– В основном это менеджеры, около 4 человек. Весь продакшн находится в России, но иногда мы отправляем людей в командировки. Техники и супервайзеры приезжают, производят там все необходимое и возвращаются.

– А насчет ваших проектов, какой из них был последним?

– Из самых последних – презентация Audi А5, которую мы делали с агентством департамента и с ребятами с “Interactive Lab”. Для нас это был челлендж, совершенно новый экспириенс. Проект был сложным и интересен тем, что впервые мы смогли использовать треккинг. В большом ангаре проходила презентация машины, на которую были поставлены датчики, а сверху стояли камеры. Мы светили на пол и треччили машину, когда она гоняла по ангару. Скоро выйдет видео с этим роликом. Сложность проекта состояла в интеграции нашего классического контента, который мы рендерим и создаем по обычному пайплайну, вместе с интерактивной частью. Еще был моторизованный экран. В общем, масса всего интересного: лазеры, свет.

Audi A5 Launch: AI vs YOU from SILA SVETA on Vimeo.

– А какие бывают трудности при создании проектов?

– Так как мы больше всего работаем в сфере ивентов, основная трудность заключается в сжатых сроках. За 2-3 недели мы должны выдать результат, достойный мирового уровня. Мы всегда быстро работаем и поэтому должны оттачивать наши решения или делать их максимально точными и эффектными с точки зрения визуальной части.

– И как работники справляются с этими трудностями, когда такие дедлайны?

– В сам дедлайн мы ночуем в студии, сдаем проект и потом радуемся (смеется). В целом, график у нас действительно напряженный. Раз в месяц что-нибудь сдаем, дедлайним, после чего даем всем выдохнуть. Когда люди идут к нам, они понимают, что в «Силе Света» достаточно напряженная работа, но понимают также, что у нас большой пул проектов и широкий профиль задач. Это и интересно. Можно угореть на проекте в две-три недели, а затем три дня вести более спокойный проект. Отдохнуть, регенерироваться и снова запрыгнуть в проект, который через пару месяцев станет мировым референсом. Просто ради того, чтобы почувствовать свою принадлежность к чему-то большому и красивому.

14980692_10154708440946738_989756936765972858_n


– Расскажите о клиентах, с кем вы в основном сотрудничаете?

– В основном, у нас три рынка — Россия, Америка и Китай. В Китае все проекты — это презентации машин, работаем через разные агентства. В США различные контакты, сотрудничаем с креативными агентствами, которые поставляют нам проекты по оформлению концертов и выступлений артистов. В России – микс, работаем как с агентствами, так и непосредственно с заказчиками. Наш спектр широк, среди всего есть госзаказы и музейные экспозиции. Из последнего сделали шоу для Музея Войны.

– А есть ли проекты, которые вы с таким же энтузиазмом делаете не для продажи?

– Да, есть некоммерческие проекты. Из последнего веселого был “Train Mapping”, где мы хулиганисто светили на поезда, проходящие мимо клуба «Родня». Сейчас проект разошелся на референсы. Летом делали свое оригинальное выступление на шоу “America’s Got Talent”, и это было полностью нашей инициативой. По итогам мы прошли в третий тур. Ежегодно участвуем в фестивале Outline. Этим летом его к сожалению, отменили. К следующему сделаем что-нибудь классное.

– Как российской команде удалось попасть на американский проект?

– Чудо какое-то (смеется). Мне кажется, что нас заметили благодаря хорошей визуальной составляющей. Мы постепенно начали выходить на другие рынки. Китай зацепили случайно. Они увидели и использовали в качестве референса нашу презентацию машин, потом пригласили к работе. Создавая визуально красивую картинку, мы притягиваем к себе взгляды извне. Не обязательно ведь знать язык, чтобы понять, что «Лебединое озеро» ― это красивая история, которую можно рассказать образами.

– Как ваши дизайнеры вдохновляются на такую сложную работу?

– У нас сильный креативный состав и сильный арт-дирекшн. Саша Ус в качестве креативного директора подтягивает всех за собой. У нас высокие внутренние стандарты качества. По всем проектам внутренние требования нашего арт-дирекшна гораздо более жесткие, чем требования самих заказчиков.

– Как вы выстраиваете коммуникацию, как вы решаете проблемы внутри коллектива и на проектах?

– В компании действует проектная структура, большой пул дизайнеров, разбираемый супервайзерами и арт-директорами для разных команд. Для каждого проекта набирается своя команда, которая решает определенные вопросы. Супервайзер, менеджер и арт-директор – вот те люди, которые закрывают все вопросы внутренней и внешней коммуникации, управления всем процессом, в т.ч. бюджетом, съемками и сетапом. При этом, для каждого из трех направлений есть дизайн-директор, который отвечает за всех арт-директоров, есть руководитель отдела менеджеров, который отвечает за всех менеджеров, и есть продакшн-директор, который отвечает за всех супервайзеров― это я. В случае чего каждый из нас подключается к процессу.

– Когда речь идет уже непосредственно о визуализации концепта, как вы пытаетесь понятно объяснить это клиенту и коллегам?

– Как я уже говорил, у нас сильный пред-продакшн. Где-то 20-30% времени уходит именно на этот процесс. Мы рисуем достаточно подробные и красивые стилы, делаем понятные аниматики и презентуем их заказчику, поэтому он принимает это с минимальными правками. Чем лучше проработан проект до его старта, тем лучше он пройдет уже в продакшне. Не удивительно, что этапу брифинга и первичного контроля мы уделяем очень много времени.
IMG_3880_E

– Расскажите об интересных проектах в сфере перфомансов для музыкальных артистов.

– Хотелось бы рассказать о текущем проекте, но пока он секретный (смеется). Расскажу про выступление певицы Halsey на фестивале Coachella ― это как раз американский проект. Для выступления артистов у нас есть отдельная бригада людей. Назначая арт-директора на проект, мы понимаем, что он должен соответствовать тому музыкальному стилю, в котором выступает артист. Он должен либо разбираться в нем, либо фанатеть. И здесь уже все держится на арт-директоре. Подключаются дизайнеры, которые разбирают на себя отдельные треки, если это выступление под треки. Если это лупы, то мы раздаем лупы десятками каждому и запускается продакшн. Здесь к работе приступает супервайзер, который должен собирать все материалы, актуальные версии, проверять сетапы и кучу-кучу всего, прежде чем он отдаст это на сторону. Обычно на выходе такого проекта получается порядка 80-100 файлов, которые необходимо выдать на площадку.

– Когда вам необходимо, наоборот, использовать музыку для своих проектов, как вы решаете эту проблему?

– У нас есть классные подрядчики, которых мы очень любим. Это студия «Monoleak», с которыми практически всегда работаем. Есть и другие студии, которые подключаем к работе. Но только ребята из «Monoleak» понимают нас с полуслова. Мы можем отдать им видео-референс по звуку или музыке, сказать, что нам и заказчику нужно что-то похожее, и чаще всего они попадают в точку. Они очень хорошо понимают ожидания заказчика, поэтому мы дорожим ими.

– Как показывает ваш опыт, когда люди смотрят шоу, какие приемы мэппинга больше всего им нравятся?

– На последнем из проектов с мэппингом на МГУ, который был на «Круге Света» и который поставил мировой рекорд по площади засветки, были самые эффектные сцены, целиком погружающие в созданную атмосферу. У нас есть объекты, которые взаимодействуют со всем зданием целиком. Представьте, что мы практически не видим само здание, видим лишь, как некие образы появляются на его поверхности, а само здание уходит на второй план. И когда какие-либо элементы здания проваливаются и появляются вновь, эффект получается потрясающий. Там есть сцена с цифрами, по графике достаточно простая, но при этом очень классно работает со зданием. Все просто восхищались, когда цифры начинали разбегаться и меняться из больших в крупные, из маленьких в более маленькие, заполняя все здание целиком.

– Так как на проектах вы начали использовать Cerebro, расскажите, пожалуйста, о своем опыте.

– На самом деле Cerebro мы использовали где-то еще полгода назад. Мы стартанули с ним, поработали и решили, что для того, чтобы вести проектную деятельность, нужно что-то большее. Попробовали ввести другое ПО, но что-то не пошло, и вернулись обратно на Cerebro. Дизайнеры, кстати, воспрянули духом и сказали: «Ура, ура, наш любимый Cerebro!». Потому что в отличие от всех остальных он работает очень быстро, что для нас очень важно. Мы делаем мэппинги, и у нас бывают просто огромные файлы-ауты проектов с разрешением 20000 на 12000 пикселей. Загружать такие файлы на сторонние ресурсы весьма проблематично. А с Сerebro их можно закинуть на локальный сервак и дальше работать. Поэтому мы снова развернули Cerebro, и теперь в него включено 90% всей команды. Подключили сюда техников, которые в рамках проектов выкладывают свои материалы, чего раньше не происходило. В общем, пытаемся полностью заинтегрироваться, используя все возможности, в т.ч. построение плана, диаграммы Ганта, учета времени. Раньше мы делали это наполовину вручную.

– Это здорово, а какими инструментами вы больше всего пользуетесь?

– Разными, в зависимости от позиции человека. Я, например, постоянно слежу за расходом времени сотрудников, потому что меня больше интересует, куда они потратили свое время и какой будет результат.

– Вы уже видели нашу новую функцию лайки, дизлайки?

– Да, пока еще не попользовались, но думаю, как раз начнем. Это интересно, особенно когда художники выкладывают какие-нибудь концерты, и все говорят: «О, это классный концерт!». Сейчас и посмотрим, у кого будет больше всего лайков.

– Классно. Насколько быстро произошла интеграция Cerebro?

– Нам потребовалось около месяца, чтобы привыкнуть к Cerebro, поскольку не самый понятный интерфейс. Зато впоследствии этот компенсируется скоростью работы и наглядностью. Сразу видишь, в какой задаче есть материалы, в какой есть обновления. Другой софт этого как раз не позволял сделать, а здесь все очень наглядно оказалось.

– Рады это слышать, но все равно хотелось бы узнать, есть ли какие-то пожелания относительно улучшения продукта?

– Да, хотелось бы избавиться от большого количества кнопочек, галочек и вложенных подменю. Это сложность самого интерфейса, он не особо интуитивно понятен. Даже если работаешь в нем какое-то время, и тебе нужно выполнить какую-то функцию, которой не так часто пользуешься, очень сложно вспомнить, где она живет и как к ней обратиться. Т.е. хотелось бы какие-то простые вещи сделать с теми же самыми упоминаниями, где можно просто поставить «собаку» с именем человека, и он получает упоминания в этой задаче. Это те вещи, которые постепенно становятся привычными благодаря мессенджерам и остальным решениям.

Leave a Reply